Узнайте, как Группа Всемирного банка помогает странам бороться с COVID-19 (коронавирус).Узнать

Skip to Main Navigation
МНЕНИЕ 17 сентября 2018

Тернистый путь России к инновациям

Image
Фото Антона Гвоздикова / Shutterstock

Недавно на одном из мероприятий в Москве Генеральный директор одной крупной компании из списка Fortune 100 посетовал на то, что в России нет ни одной школы MBA с полным курсом дневной формы обучения, выпускников которой могла бы привлекать такая глобальная компания. Даже в известной школе «Сколково» нет такой программы. Нетрудно догадаться, что разговор вскоре зашел о состоянии инновационного потенциала России как фактора повышения производительности и экономического роста.

А что мы вообще знаем об инновациях в России?

Для начала стоит отметить, что в настоящее время Россия тратит немногим более 1% ВВП на НИОКР, при этом 70% финансирования обеспечивают государственные источники, и бóльшая их часть направляется на государственные НИИ. Что касается крупных предприятий, то на их долю приходится относительно небольшая часть исследований, тогда как участие вузов минимально ­ – особенно в части НИКОР в отраслях переработки. Для страны, которая славится богатыми научными традициями и многочисленными изобретениями в прошлом, результаты последних научно-технических разработок выглядят весьма скромно. То же относится и к программе освоения космоса. Несмотря на то что российская программа освоения космоса впечатляет, а ее ракетные двигатели – все еще одни из самых мощных и надежных в мире (американский ракетоноситель Атлас 5 использует российский двигатель РД-180), в других направлениях, таких как освоение глубокого космического пространства и разработка ракетоносителей многоразового использования, Россия отстает. Отсутствие заметных инноваций – как крупных, так и небольших – свидетельствует о том, что в России мало новых прорывных технологических открытий либо они вовсе отсутствуют.  

Связь между инновациями и экономическим ростом хорошо известна. Так, один из немногих аргументов, с которым соглашаются экономисты, – это то, что в долгосрочной перспективе единственным источником роста являются инновации. Восстановление темпов роста ВВП в России в 2017—2018 годах дало необходимую передышку. Сейчас основанная задача состоит в том, чтобы повысить экономический рост страны с текущего уровня в 1,5—1,8%. Перед другими экономиками Европы, а также перед Японией, стоят такие же неотложные задачи: для сохранения экономического роста всем им необходимо повышать производительность.

Что касается России, то для того чтобы сработала стратегия обеспечения роста на основе инноваций, в краткосрочной перспективе необходимо повышать производительность имеющихся активов и инвестировать как в материальные, так и в нематериальные активы, а также позиционировать экономику так, чтобы обеспечивать уверенный поток коммерческих инноваций в среднесрочной перспективе.

Между тем в России в государственной собственности до сих пор остаются четыре крупнейшие отрасли экономики: оборонная/космическая промышленность, банковский сектор, транспорт и энергетика. В той или иной степени - это четыре значимые отрасли, и их эффективность или неэффективность сказывается на производительности остальной части экономики. На основе выборки из 114 российских крупнейших компаний в разных отраслях Abramov et al. в своей статье демонстрирует, что производительность труда на российских государственных предприятиях почти вдвое ниже показателей частных компаний. Еще один вывод заключается в том, что доля государственных предприятий в общей капитализации российских компаний-эмитентов является одной из наиболее высоких среди выборки компаний стран ОЭСР и Китая.  В более широком смысле можно отметить, что все больше публикаций указывает на то, что доминирующее положение на рынке сдерживает инновации, и это в большей степени характерно для более богатых стран. Важно подчеркнуть: несмотря на то что уровень производительности в оборонно-космической отрасли оценить напрямую сложно, весьма показательным является то, что эта отрасль производит очень мало побочных эффектов для гражданского сектора России. Такая картина резко отличается от ситуации в таких странах, как США, где такие технологии как глобальная спутниковая система геолокации (GPS) и интернет, успешно и широко применяются в гражданских целях во всем мире.

Что же Россия может сделать, чтобы дать импульс инновациям? Простых методов не существует, однако мы полагаем, что отправной точкой могло быть стать восстановление и перепрофилирование инфраструктуры российских научных учреждений, которая серьезно пострадала в 1990-е годы из-за недофинансирования и сопутствующей «утечки мозгов».

Инновационный потенциал следует выстраивать с нуля, начиная с научных институтов, которые конкурируют с лучшими институтами мира. В настоящее время ни один из российских ВУЗов не входит в список лучших 150 ВУЗов мира (МГУ ими. Ломоносова находится на 194 месте).

Во-вторых, таким НИИ следует укреплять связи с бизнесом: следует покончить с долговременной изоляцией научного сообщества от бизнеса, а ученые должны более активно вовлекаться в отраслевую работу и развивать в себе предпринимательские качества. Это позволит преобразовать некоторые исследования в инновации, обладающие коммерческим потенциалом. Помочь в этом сможет более эффективное использование технологических парков, таких как «Иннополис» и «Сколково».

В-третьих, несмотря на то что ВУЗы и специализированные институты должны оставаться основными центрами базовых исследований, частным компаниям – не только крупным, но и небольшим компаниям-стартапам – необходимо осуществлять основной объем НИОКР. В настоящее время лишь десятая часть российских предприятий занимается коммерциализацией инноваций.

Хорошая новость заключается в том, что в России успешно создано нескольких инновационных компаний, таких как Яндекс, Лаборатория Касперского, M2M Телематика, Оптоган, НПО «Сатурн» и даже государственный Сбербанк. Более того, индивидуальные предприниматели обладают немалым инновационным потенциалом. Так, оказавшись недавно в жюри Международной молодежной премии в области предпринимательства в России, я был поражен динамизмом и изобретательностью представленных разработок – от технологий дронов для сельского хозяйства, находящихся в настоящее время на стадии коммерциализации в Азии и Африке (http://agrodronegroup.ru/), до инициатив по утилизации мусора в Москве (chistoedelo.org).

Однако не очень хорошая новость заключается в том, что все это – лишь островки инноваций. Формирование инновационного потенциала для роста производительности требует инвестиций в капитал для проведения исследований, полномасштабного раскрытия творческого кадрового потенциала России и укрепление институциональной среды в поддержку инноваций, в том числе для защиты интеллектуальной собственности. Только в этом случае путь к инновациям и росту производительности может оказаться не столь тернистым.

--------

Апурва Санди и Шахид Юсуф. Г-н Санги- Ведущий экономист Всемирного банка, работающий в Москве (Россия). Г-н Юсуф- главный экономист организации Growth Dialogue, Университета Джорджа Вашингтона, внештатный преподаватель Школы передовых международных исследований Университета Джонса Хопкинса, внештатный научный сотрудник Центра глобального развития, г. Вашингтон.

Api