Узнайте, как Группа Всемирного банка помогает странам бороться с COVID-19 (коронавирус).Узнать

Речи и стенограммы

«Воспользоваться возможностями, открывающимися во время кризиса: привести в действие многосторонние механизмы»

31 марта 2009


Роберт Б. Зеллик, Президент, Группы организаций Всемирного банка Лондон, Соединенное Королевство (Великобритании и Северной Ирландии)

Вариант, подготовленный для выступления

Вступление

Почти восемьдесят лет тому назад один из величайших экономистов XX века, выдающийся представитель английского общества той эпохи Джон Мейнард Кейнс выступил перед учрежденной британским правительством комиссией. В это время мировая экономика сползала в Великую депрессию. В своем заявлении, сделанном всего лишь в нескольких милях отсюда, Кейнс призвал присутствующих выйти за рамки узкобюрократического подхода и взглянуть на вещи шире.

Кейнс опубликует свою эпохальную книгу «Общая теория занятости, процента и денег» лишь шесть лет спустя, но уже тогда он, предвосхищая сделанные в ней выводы, говорил: «Мы сползаем в порочный круг: мы ничего не предпринимаем, потому что у нас нет денег; но именно потому, что мы ничего не предпринимаем, у нас и нет денег».

Кейнс хотел спасти рыночную экономику и опасался политических последствий, к которым могла привести неудача этого предприятия в период роста влияния коммунистической и фашистской идеологий. Его призывы отказаться от узкокорыстных подходов остались без внимания. Реакция правительств на приближение Великой депрессии была неэффективной. Государства проводили политику жесткой конкуренции, пытаясь решить свои экономические проблемы за счёт соседних стран. И катастрофа не замедлила разразиться.


Однако идеи Кейнса – воплощение возможностей, порожденных кризисом, – и сегодня обладают немалым влиянием. Вместе с другими представителями своего поколения он создавал многостороннюю систему, которая жива и по сей день; нам же надлежит перестроить её так, чтобы она смогла ответить на вызовы нашей эпохи.

То, чего Кейнсу и его коллегам удалось достичь, когда еще бушевала Вторая мировая война, было сплавом идей и действий. Они помогли создать послевоенную экономическую архитектуру. Они заложили основы Группы организаций Всемирного банка, Международного валютного фонда и механизма, на базе которого впоследствии была создана Всемирная торговая организация.

И сегодня мы должны стремиться сочетать идеи с действиями. Когда приметой времени становится потеря доверия, нам необходимы такие шаги, которые восстановят у общественности уверенность в том, что правительства справятся со стоящими перед ними проблемами. Опаснее сделать меньше, чем надо, а не больше, чем надо.

Нынешний кризис

На этой неделе в Лондоне соберутся на совещание лидеры стран мира, ситуация в котором показалась бы Кейнсу довольно знакомой. Согласно последним оценкам темпов роста мировой экономики, опубликованным сегодня Всемирным банком, в 2009 году прогнозируется её сокращение на 1,7 процента – по сравнению с ростом на 1,9 процента в прошлом году. Это станет первым сокращением объёмов мировой экономики после Второй мировой войны. Кроме того, нас ожидает падение объёма мировой торговли товарами и услугами на 6 процентов – самое серьёзное снижение за последние 80 лет.

Кризис, начавшийся в 2007 году как финансовый, быстро перерос в экономический. Сегодня это – кризис занятости. По нашим прогнозам, экономический рост в развивающихся странах в этом году резко замедлится – до 2,1 процента. Мы ожидаем реального экономического спада в Центральной и Восточной Европе, Центральной Азии, Латинской Америке и Карибском бассейне.

В этот раз волны кризиса накатываются на развивающиеся страны одна за другой. Источник этих волн – резкое замедление темпов экономического роста и ужесточение условий кредитования в развитых странах. Когда-то благодаря мировой экономике сотням миллионов людей удалось вырваться из оков бедности, а сегодня существует опасность обращения процесса развития вспять: в нашем мире, где всё взаимосвязано, возрастают и негативное воздействие потрясений, и скорость их распространения.

Приток частного капитала в развивающиеся страны мира резко сокращается: в 2009 году его чистый объём сократится примерно до одной трети от достигнутого два года назад рекордного уровня в 1,2 трлн. долл. США. Снижаются объёмы денежных переводов мигрантов: на 2009 год прогнозируется их сокращение не менее чем на 5 процентов.

Более того, некоторые шаги, предпринимаемые – хотя и по понятным причинам – развитыми государствами, усложняют положение развивающихся стран. Выдавая большие объёмы кредитов с государственными гарантиями, правительства развитых стран сводят на нет возможности фондирования для развивающихся стран с хорошо налаженным государственным управлением. Развивающиеся страны – даже если дефицит бюджета у них весьма скромен – либо вообще не имеют возможности заимствовать средства, либо сталкиваются с гораздо более высокими спрэдами.

По нашим оценкам, в этом году с дефицитом финансовых ресурсов столкнутся 84 из 109 обследованных нами развивающихся стран, а его общий объём составит от 270 до 700 млрд. долл. США. Этот разброс столь широк из-за отсутствия ясности по двум ключевым моментам: объёму негосударственной задолженности, который удастся реструктурировать, и масштабам оттока капитала.

В то же время, сокращение спроса ведет к падению промышленного производства, а снижение цен на сырьевые товары – к сокращению поступлений в бюджеты многих стран, экономика которых ориентирована на экспорт. Лишь четверть развивающихся стран может позволить себе финансирование программ, направленных на смягчение последствий спада.

В дальнейшем возможно перерастание этих событий в социальный и гуманитарный кризис, чреватый политическими последствиями. В центре внимания остаются развитые страны, где люди сталкиваются с перспективой потери домов, имущества, работы. Всё это, действительно, тяжелые испытания. Но у жителей развивающихся стран гораздо меньше резервов: у них нет сбережений, нет страховки, нет пособий по безработице, а часто – и пищи.

По нашим оценкам, из-за кризиса в этом году за чертой бедности окажется ещё 53 миллиона человек, которым придется выживать менее чем на 1,25 долл. США в день. Это происходит вслед за наблюдавшимся в последние годы резким ростом цен на продовольствие и топливо, ввергшим в нищету от 130 до 155 миллионов человек, многие из которых до сих пор не оправились от этого удара.

Мировое сообщество и без того с большим трудом продвигалось к достижению в 2015 году восьми Целей в области развития, сформулированных в Декларации тысячелетия. Сейчас эти цели кажутся ещё более далёкими. Возьмём одну из самых злободневных проблем – младенческую смертность: по нашим оценкам, из-за падения темпов экономического роста число смертных случаев среди младенцев вырастет в этом году на 200-400 тысяч.

 

 

 

Вокруг света

 

В мире, где мы живём, всё взаимосвязано, но кризис по-разному сказывается в разных уголках планеты.

  • Возможно, больше всего подвержены риску страны Центральной и Восточной Европы, даже при том, что уровень доходов там выше, чем в большинстве других государств. После окончания «холодной войны» стратегии экономического роста в этом регионе основывались на интеграции в Европейский Союз и мировую экономику с опорой на торговлю, инвестиции, передвижение людей и денежные переводы мигрантов. Поэтому исчезновение этих факторов особенно тяжело сказывается на этих странах.

При этом, по мере того, как эти страны продвигались по пути присоединения к зоне евро, некоторые внутренние займы там выдавались в евро или швейцарских франках, что привело к повышению риска дефолта в случае девальвации местных валют. Большинство банков в странах Центральной и Восточной Европы принадлежит сейчас их западным соседям, вследствие чего повышается риск прекращения поддержки этих банков материнскими компаниями. В свою очередь, убытки по ссудам на востоке Европы могут спровоцировать дестабилизацию банков на всём континенте.

Разумеется, к каждой стране необходим дифференцированный подход. Но сама логика европейской интеграции – одного из самых успешных политических и экономических процессов за последние 60 лет – подразумевает, что «европейское целое» будет больше суммы его составляющих, только если европейцы будут поддерживать друг друга. Равным образом, на протяжении всей истории страны Центральной и Восточной Европы стремились подчеркивать отличие своего положения от положения в соседних странах – и обнаруживали при этом, что слабость одной страны создаёт опасность для всех.

Двигаясь дальше на восток, мы видим, что экономический кризис в Украине превращается в испытание на внятность политической программы, а быть может – и на устойчивость экономической системы. Опустевшие рекламные щиты в Киеве кажутся метафорой потери ориентиров экономического курса. Менее трёх месяцев тому назад потребителей призывали больше тратить – а теперь каждый третий рекламный щит пуст, и вместо соблазнов более благополучного недалекого прошлого мы видим один картон и металл.

  • В Центральной Азии перспективы развития бедных стран, едва начавших восстанавливать старинный «Шелковый путь» после многовековой изоляции, вновь оказались призрачными. В прошлом году на денежные переводы трудовых мигрантов пришлось 43 процента ВВП Таджикистана и 28 процентов ВВП Кыргызской Республики. Однако замедление роста экономики России и Казахстана вынудит трудовых мигрантов вернуться домой. В Казахстане правительство ожидает к концу текущего года двукратного роста безработицы – до 12 процентов. Алматы, когда-то купавшаяся в деньгах от нефтяного бума, превратилась в город незаконченных строек, замерших кранов и незаселенных «домов-призраков» – непредусмотренный памятник неосуществившимся надеждам.
  • В Латинской Америке, где основы бюджетной, кредитно-денежной и финансовой систем прочнее, чем прежде, кризис ощущается в положении в реальной экономике и торговле. В то время как в странах с развитой экономикой проблемы начались с финансовой сферы и распространились на промышленность и сферу услуг, в развивающихся странах первыми на себя удар приняли производственные отрасли, а следующими на очереди могут оказаться кредитующие их банки. Мексика и страны Центральной Америки пострадали из-за падения спроса в США и сокращения денежных переводов мигрантов. Падение цен на сырьевые товары негативно влияет на экономику Бразилии. Хотя её обширный внутренний рынок в известной мере смягчает это воздействие, в случае дальнейшего сокращения объемов торговли положение страны будет становиться всё более стеснённым. Такие страны, как Чили и Перу, воспользовались благоприятным периодом для укрепления бюджета и наращивания золотовалютных резервов, что несколько обнадеживает, но продолжительная и глубокая рецессия потянет всех на дно. Экономика уязвимых стран Карибского бассейна страдает от «обмеления» туристического потока.

 

  • Финансовый кризис резко сузил и без того ограниченные возможности для маневра, которыми располагали страны Южной Азии. Из-за оттока капитала валютные резервы Индии сократились на 45 млрд. долл. США, курс местной валюты упал более чем на 20 процентов, а биржевой индекс – на 50 процентов. Растут и социальные издержки. По оценкам индийского правительства, за период с октября по декабрь прошлого года число рабочих мест в официальном секторе экономики сократилось на 500 000. По сообщениям из Бангладеш, в прошлом месяце в страну, где лишь недавно удалось восстановить хрупкую демократическую систему, вернулись более 4 000 рабочих. В Пакистане, на фоне борьбы правительства с группами, прибегающими к насилию, и усилий по преодолению конфликта вокруг конституционных норм, «затягивают пояса», стремясь удержаться в предписываемых программой МВФ рамках.

 

  • Страны Восточной Азии ощутили воздействие кризиса в силу их тесной взаимосвязи с глобальными системами подрядного производства и снабжения. Особенно уязвимы к спадам в ключевых секторах на основных рынках малые, сравнительно бедные страны – такие, как Камбоджа. Число рабочих мест в швейной промышленности Камбоджи – единственной значимой экспортноориентированной отрасли в стране – сократилось почти на 50 000. В группу особого риска попали молодые женщины, которые больше всего выигрывали от работы в швейной отрасли. Семьи кочевников-скотоводов, и поныне составляющие треть населения Монголии, столкнулись с 40-процентным падением цен на кашемир – основной источник их денежных доходов.


Более крупные страны Восточной Азии также переживают масштабные экономические сдвиги. В Китае, по некоторым оценкам, потеряли работу примерно 20 миллионов рабочих-мигрантов, занятых в промышленности и строительстве. Некоторые из них возвращаются во внутренние районы страны, но вместо того, чтобы вернуться к своим крошечным земельным наделам, остаются в больших городах. Китай приступил к реализации крупной программы стимулирования экономики, но даже с учетом этого мы прогнозируем снижение темпов роста его экономики с 9 процентов в 2008 году до 6,5 процента в этом году.

  • Хотя на страны Африки приходится лишь малая доля глобальных объёмов торговли и инвестиций, мировой кризис не обошел стороной и этот континент. Один из правительственных чиновников Демократической Республики Конго предупредил, что в связи с резким сокращением объемов производства горнодобывающими компаниями число безработных в провинции Катанга может вырасти на 350 000 человек. В связи с падением цен на алмазы в Центральноафриканской Республике ожидается сокращение доходов на 50 процентов по сравнению с 2008 годом. Пересыхает поток денежных переводов, отправляемых трудовыми мигрантами в Кению. А в связи с большой вероятностью резкого сокращения доходов от туризма весьма мрачные перспективы вырисовываются перед такой страной, как Сейшельские Острова, чью туристическую отрасль – основной источник занятости и иностранной валюты – по прогнозам, уже в 2009 году ждёт 25-процентное сокращение. 
     
  • На странах Ближнего Востока и Северной Африки ограничение кредита пока что сказалось не столь ощутимо. Однако весьма вероятно, что проводящие реформы страны Магриба лишатся европейских туристов и рынков сбыта. Странам, зависящим от денежных переводов трудовых мигрантов, по-видимому, предстоит задуматься над тем, как решить проблемы уменьшения объёма таких переводов и наплыва рабочих, возвращающихся из-за границы. Даже производители энергоресурсов столкнулись сейчас с мощнейшими факторами неопределенности: они стремятся одновременно решить проблемы безработицы среди молодежи, образования и производительного труда в условиях вероятного сокращения вакансий в частном секторе и сохраняющейся нестабильности цен на сырьевые товары.


Возникнут и проблемы, общие для всех регионов. Уже сейчас налицо воздействие этого кризиса на женщин и девушек. Женщины страдают от него в несоразмерно большей степени. Когда семьям приходится «затягивать пояса», вероятность того, что из школы заберут девочек, существенно выше. А если пищи не хватает на всех, чаще всего от недоедания страдают девушки.

 

Инновации и действия

Хотя некоторые экономические обстоятельства и напоминают далёкое прошлое, это всё же не 1930-е годы. Центральные банки в достаточной степени подпитывают финансовую систему ликвидностью, а некоторые из них изобрели неординарные способы поддержания процесса кредитования. Развитые страны проявили гораздо более быструю реакцию, чем во времена Кейнса, и активизируют спрос при помощи программ стимулирования экономики. Органы, осуществляющие надзор за финансовыми учреждениями, в целом, внимательно отслеживали системные риски возможного финансового краха, приводящие в панический ступор инвесторов. Многосторонние финансовые учреждения, созданные в Бреттон-Вудсе, приняли меры по оказанию странам помощи в предотвращении или преодолении кризисных явлений. Пока что мы не наблюдаем массового сползания к протекционизму, которое принесло столько вреда в 1930-е годы.

Но 2009 год будет опасным. Не время почивать на лаврах. Не время выражать неуместную уверенность в том, что сделано всё, что можно. Не время действовать, основываясь на узконациональных или даже узкорегиональных интересах. Единственное, о чем мы можем говорить с уверенностью, исходя из событий прошлого года, – это о нашей неспособности предсказать, что нас ожидает, и как это может спровоцировать другие неожиданные события.

Решать стоящие перед нами проблемы необходимо в духе инноваций с опорой на действия.

Нам необходимо действовать быстро и гибко. Нам необходимо разрабатывать решения проблем, позволяющие объединить возможности и опыт самых различных партнеров – правительств, международных учреждений, гражданского общества и частного сектора.

А чтобы выстроить эти новые партнерства, нужны побудительные стимулы.

В прошлом месяце Группа организаций Всемирного банка объединила свои силы с Европейским банком реконструкции и развития (ЕБРР) и Европейским инвестиционным банком (ЕИБ) для оказания поддержки банковскому сектору стран Восточной и Центральной Европы в виде пакета финансирования объемом до 24,5 млрд. евро.

Подразделение Банка, работающее с частным сектором, – IFC, и Японский банк международного сотрудничества внесли 3 млрд. долл. США в Фонд капитализации, призванный помочь укреплению банков на развивающихся рынках меньшего масштаба и обеспечить непрерывность кредитования малого бизнеса и физических лиц.

IFC и немецкое агентство по содействию развитию KfW совместно создали возобновляемый фонд ликвидности объемом 500 млн. долл. США для поддержки учреждений микрофинансирования, поскольку в смутные времена предприниматели и малый бизнес способны предложить наилучшую систему социальной защиты – новые рабочие места.

 

Кроме того, сейчас мы оцениваем воздействие глобальной рецессии на компании в развивающихся странах мира и решаем, каким образом мы могли бы помочь привлечь частный капитал для содействия реструктуризации компаний и управлению проблемными активами.

Сегодня Совет директоров Группы организаций Всемирного банка рассматривает новое предложение – о начале реализации Глобальной программы повышения ликвидности финансирования торговли с бюджетом в 50 млрд. долл. США.

 

Гигантское сокращение объемов торговли усугубилось нехваткой её финансирования. Чтобы помочь решить эту проблему, мы вначале нарастили до 3 млрд. долл. США объем гарантий по торговым кредитам, предоставляемым банками развивающихся стран, многие из которых – африканские. Но мы выяснили, что гарантий недостаточно, поскольку многие малые кредиторы не могут получить валютного финансирования.

Бюджет нашей новой Глобальной программы повышения ликвидности финансирования торговли складывается из нашего взноса в 1 млрд. долл. США и средств, предоставляемых правительствами и региональными банками развития. Эти государственные средства могут быть использованы в рамках механизма разделения рисков для привлечения средств наших крупнейших партнеров из частного сектора – таких, как банки «Стандард Чартед», «Стандард бэнк» и Рабобанк. А затем, по мере погашения ранее предоставленных кредитов, средства можно будет направить на предоставление новых торговых займов. Кроме того, во взаимодействии с ВТО мы будем стремиться использовать ресурсы и опыт национальных экспортно-кредитных агентств.

Надеюсь, что лидеры стран «Группы двадцати» одобрят эту инициативу в области повышения ликвидности финансирования торговли. Поддержка со стороны «двадцатки» даст нам возможность нарастить темпы реализации нашей программы, чтобы способствовать достижению цели, поставленной премьер-министром Брауном.

Призыв к «Группе двадцати»: привести принцип многосторонности в действие

Нынешний кризис, в отличие от экономических кризисов последних шестидесяти лет, носит глобальный характер. Решения возникших в связи с ним проблем тоже должны быть глобальными.

Мы живем в условиях глобальной экономики, движущей силой которой являются частные лица, компании, профсоюзы и национальные правительства. Они ведут торговлю, инвестируют средства, работают, изобретают, договариваются и создают структуры на национальном и наднациональном уровнях, которые устанавливают правила, а иногда и договариваются придерживаться согласованных норм и правил. «Группа двадцати» не изменит сложившейся международной системы. Однако укрепление принципа многосторонности может усилить преимущества и снизить риски вследствие взаимосвязи экономических систем.

Сегодня модно говорить о новых институтах или новой эре глобального управления. Возможно. На мой взгляд, нам надо начать с реформирования тех институтов, которые уже существуют, и с расширения их прав и возможностей.

ВТО, МВФ, Группа организаций Всемирного банка и региональные банки развития – наряду с учреждениями ООН – могли бы сыграть более значительную роль. Эти организации, насчитывающие более 180 членов и проводящие реформы, направленные на укрепление позиций развивающихся стран и стран с формирующейся рыночной экономикой, а также на усиление их влияния на принятие решений, могут способствовать преодолению разрыва между национальными государствами и экономической взаимозависимостью, увязывая между собой национальные, региональные и глобальные интересы.

Если лидеры стран всерьез относятся к идее создания новых сфер ответственности в глобальном масштабе или новой глобальной системы управления, им следует начинать с модернизации принципа многосторонности, чтобы дать возможность ВТО, МВФ и Группе организаций Всемирного банка вести мониторинг мер национальной политики. Придание большей прозрачности системе принятия решений на национальном уровне будет способствовать повышению транспарентности, подотчетности и согласованности экономической политики разных стран.

В качестве первого шага «Группе двадцати» следует поддержать разработанную ВТО систему мониторинга, чтобы, тем самым, способствовать развитию торговли и противостоять экономическому изоляционизму, одновременно с этим прилагая усилия к завершению Дохийского раунда переговоров с целью открытия рынков, сокращения субсидий и противостояния движению вспять. Мы уже наблюдаем «ползучее» возрождение протекционизма – мер, принимаемых за счет других стран. Примеры тому – кампании «Покупай то» или «Покупай это», призывы «Работу для этих людей» или «Не давать виз тем-то и тем-то».

В течение нынешнего года, по мере роста безработицы, лидеры стран мира все чаще будут испытывать соблазн переложить свои проблемы на чужие плечи. Исследование, проведенное Всемирным банком, уже показывает, что 17 стран, входящих в «двадцатку», осуществили меры по ограничению торговли после того, как в ноябре минувшего года публично пообещали дать отпор протекционизму.

Никто не заинтересован в том, чтобы единичные случаи отступления от принципа превратились в норму, что уничтожит одно из главных отличий нынешнего кризиса от кризиса 1930-х годов.

Необходимо дать ВТО полномочия выявлять, при поддержке со стороны Всемирного банка, меры, которые, даже не нарушая формально правил ВТО, могут создавать ограничения для международной торговли. Если страны «двадцатки» уверены в необходимости расширения глобального управления, они должны с готовностью принять то «моральное давление», которое оказывают открытые проверки, придающие огласке имена нарушителей.

Кроме того, многие страны приняли на сегодняшний день пакеты мер по стимулированию экономики. Эти меры могут дать некоторый результат по смягчению наиболее тяжких последствий нынешнего спада. Но никто не может с уверенностью утверждать, что эти пакеты мер создают достаточно прочные стимулы на достаточно долгий период. Кроме того, ведутся обоснованные споры о составе этих пакетов мер и о методах их реализации. МВФ предложил выделять на подобные меры по стимулированию экономики в глобальном масштабе 2 процента от ВВП. По его оценкам, на данный момент предусмотрено выделить на эти цели 1,8 процента в 2009 году и 1,3 процента в 2010 году. Существует угроза глобального сокращения средств, выделяемых в 2010 году на стимулирование экономики.

«Группе двадцати» необходимо институционализировать надзорную функцию МВФ по проверке хода осуществления этих пакетов мер по стимулированию экономики и оценке их результатов, а в случае необходимости МВФ должен выступать с призывом о принятии дополнительных мер.

Лидеры некоторых стран заявляли, что МВФ должен был взять на себя работу по «раннему предупреждению» до развития кризиса – поэтому им имело бы смысл просить МВФ оценить качество нашей работы по поиску путей выхода из него.

В-третьих, крайне важно, чтобы правительства разобрались с безнадежными активами и рекапитализировали банковские системы своих стран. Экономический эффект, полученный благодаря стимулированию за счет средств бюджета, будет неустойчивым без приведения в порядок банковской системы. Во времена Кейнса после краха австрийского банка «Кредитанштальт» правительства допустили развал глобальной банковской системы. Сегодня центральные банки и министерства финансов пытаются стабилизировать систему. Но уровень доверия остается низким. Новые инвесторы не пожелают рисковать частным капиталом, пока убытки не будут признаны публично, и пока будущее банков не определится. Возможно, что восстановление экономики начнется вне пределов банковского сектора, но без кредитов оно зайдет в тупик.

Проводить политику использования государственных средств для рекапитализации банков нелегко. Народ не любит банкиров, особенно когда их требуется выручать из беды. Однако лидерам стран следует объяснять, что нормально работающие Уолл-стрит или Сити необходимы для процветания больших и малых городов и деревень.

Странам «двадцатки» необходимо предложить МВФ и Группе организаций Всемирного банка проводить мониторинг мер, принимаемых в отношении банковского сектора, и их результатов. Уже сегодня мы сотрудничаем в рамках Программы оценки финансового сектора (ПОФС) для развивающихся стран. Нам следует поддерживать обратную связь и с развитыми странами, добиваясь, чтобы данные обнародовались, принимались всерьез, и чтобы по ним принимались последующие меры.

В-четвертых, даже исправляя допущенные ранее ошибки, страны «двадцатки» вполне обоснованно ожидают пересмотра системы банковского регулирования и надзора. Фактические полномочия в области регулирования, по большей части, останутся у национальных правительств. Но необходимо совершенствовать и углублять международное сотрудничество. Форум финансовой стабильности под умелым руководством Марио Драги из Банка Италии приступил к решению этой проблемы. В случае расширения его рядов ФФС смог бы стать еще одним влиятельным институтом в рамках более крепкой многосторонней системы и совместно с МВФ и Всемирным банком проводить работу по реализации намеченных мер.

Взгляд в будущее: развивающиеся страны должны участвовать в поиске путей выхода из кризиса

 

Принимаемые нами меры по борьбе с глобальным кризисом имеют и «пятое измерение» – это развивающиеся страны мира. В Лондоне, Вашингтоне и Париже люди говорят о бонусах или их отсутствии. В разных частях Африки, Южной Азии и Латинской Америки речь идет о наличии или отсутствии еды. Нынешний кризис несет в себе угрозу для развивающихся стран и их населения. Но они могут также сыграть ключевую роль в поисках путей его преодоления.

Именно поэтому я призвал развитые страны инвестировать 0,7 процента – даже не один процент – из средств, выделяемых ими на стимулирование экономики, в «фонд поддержки уязвимых слоёв населения», чтобы, тем самым, помочь развивающимся странам. Идея состоит в том, чтобы, не создавая новую бюрократию, использовать ныне существующие многосторонние механизмы для поддержки программ социальной защиты, инфраструктуры и финансирования малых и средних компаний. Доноры могут воспользоваться системами быстрого финансирования, предлагаемыми Группой организаций Всемирного банка, учреждениями ООН или региональными банками развития. Германия, Япония и Великобритания уже пообещали предоставить средства. Я надеюсь, что к ним присоединятся и другие страны.

Во время латиноамериканского долгового кризиса 1980-х годов и Азиатского кризиса конца 1990-х годов правительства были стеснены в наличных средствах, и им приходилось урезать социальные программы, что ударило по самым бедным. В результате мы столкнулись с социальными волнениями, ростом обездоленности и даже насилием.

Странам «двадцатки» необходимо учиться на этих ошибках.

Вложение средств в социальную сферу оказалось эффективным с точки зрения как стимулирования спроса, так и защиты бедных слоев населения от наиболее тяжких последствий кризиса. Предоставление денежных пособий на определенных условиях или программы обеспечения школьников питанием могут носить целевой характер и дать эффект даже при сравнительно небольших затратах, даже менее одного процента от ВВП страны. Успешные программы, такие, как мексиканская «Опортунидадес» или бразильская «Болса Фамилиа», обошлись примерно в 0,4 процента ВВП, тогда как крупнейшая программа социальной защиты в Эфиопии – «Сеть социальной защиты и продовольственной безопасности» – обошлась примерно в 1,7 процента от ВВП.

Ведущие члены «Группы двадцати» призывают институционализировать системы раннего предупреждения о финансовых угрозах, новые структуры финансового регулирования, а также выделение большего объема средств МВФ, чтобы он мог активнее проводить в жизнь намеченные меры.

Разве не настало время институционализировать «системы раннего предупреждения» для бедных? Разве не пора институционализировать системы поддержки наиболее уязвимых групп населения во время кризисов, особенно кризисов, к возникновению которых эти группы не имеют никакого отношения?

Приверженность созданию структур поддержки и финансирования систем социальных гарантий для наиболее уязвимых слоев населения стало бы весомым подтверждением того, что «двадцатка» не намерена делить проблемы мира на важные и неважные – собираться на саммиты для обсуждения проблем финансовых систем и обходить молчанием проблемы бедных.

Нам необходимо также вкладывать средства в инфраструктурные проекты, способные создавать новые рабочие места, закладывая, тем самым, основы для будущего роста производства и экономики.

Во время кризиса 1997-1998 годов инвестиции Китая в строительство дорог, портов, аэропортов, объектов энергетики и электросвязи способствовали поддержанию занятости, равно как и закладывали основы для экономического роста в течение следующего десятилетия. При условии финансовой поддержки и эффективного управления другие страны могут добиться таких же успехов, создав производственные мощности, которые в будущем позволят им расплатиться по полученным кредитам. Сделав это, развивающиеся страны увеличат спрос, в том числе на товары и услуги производственного назначения из развитых стран. Инвестиции в инфраструктуру развивающихся стран, возможно, могут в большей степени способствовать росту производительности труда и экономики, нежели «мосты в никуда» в развитых странах.

За последние десять лет экономический рост в 25 странах Африки к югу от Сахары, где проживает примерно две трети населения этого региона, составил в среднем 6,6 процента. Это открывает хорошие перспективы. Однако отсутствие инфраструктуры создает значительные проблемы, снижая производительность компаний примерно на 40 процентов. Это создает проблемы и для региональной интеграции. По нашим оценкам, улучшение инфраструктуры позволит повысить темпы экономического роста на 2,2 процента.

Такая же картина складывается и в сельском хозяйстве. Инвестиции в рост производительности сельского хозяйства в странах Африки по всей цепочке стоимости – в определение прав собственности, в производство семян и удобрений, в строительство ирригационных систем, дорог и хранилищ, в маркетинг – могут помочь мелким крестьянским хозяйствам вырваться из замкнутого круга бедности.

Настало время признать, что процесс устойчивой глобализация в интересах всех слоёв населения определяется созданием стимулов для возникновения множественных очагов экономического роста, в том числе в развивающихся странах.

Чтобы развивающиеся страны могли участвовать в поиске путей выхода из кризиса, им следует предоставить право голоса. Страны «семерки» не успели вовремя расширить свои ряды и отразить реалии международной экономики. Сегодня такой шанс появился у «двадцатки». Но если 20 стран сели за стол переговоров, то остальные 160 остались вне его. Многосторонние учреждения, ряды членов которых гораздо шире, могут помочь в налаживании связей между «Группой двадцати» и остальными странами мира.

Большим группам непросто распределять между собой обязанности и согласовывать общие цели. Мы уже наблюдаем возникновение разных блоков в рядах «двадцатки»: восемь стран – членов ЕС договариваются об общей позиции, БРИК – Бразилия, Россия, Индия и Китай – координируют совместные заявления. Подобного можно было ожидать, но было бы крайне нежелательно, чтобы в этой новой расширенной группе стран возникали новые линии расхождений между развитыми и развивающимися странами.

Вместо этого крупнейшей развитой стране – Соединенным Штатам – и крупнейшей развивающейся стране – Китаю – следовало бы найти точки соприкосновения. В Китае и в Соединенных Штатах были выделены самые большие средства на пакеты мер по стимулированию экономики. Однако если в США эти меры делают основной упор на потребление, то Китай намерен инвестировать средства в наращивание своего потенциала. Со временем такая разбалансированность приведет к неустойчивости. После выхода из кризиса этим двум странам необходимо будет договариваться о взаимных корректировках – об увеличении сбережений за счет укрепления бюджетной дисциплины и ограничения расходов в Соединенных Штатах и о росте потребления, расширении спектра общественных услуг и возможностей для малых предприятий в Китае. Сочетание национальных интересов этих стран можно будет использовать в их общих системных интересах.

Наличие такого сильного «дуэта» в рамках «двадцатки» и совместная работа по проблемам развития могут заложить основы для новой многосторонности – многостороннего механизма, признающего реалии новой международной системы, образованного не просто национальными государствами, но национальными государствами, находящимися в экономической взаимозависимости.

Эта современная многосторонность потребует усиления роли формирующихся центров экономической мощи в решении вопросов, связанных с деятельностью Всемирного банка и МВФ. Это и правильно, и неизбежно. Со времени участия Кейнса в работе Бреттон-Вудской конференции в 1944 году в мире произошли коренные изменения. Нам следует меняться вместе с ним.

Совет управляющих Всемирного банка приступил в этом году к осуществлению первого этапа реформ, призванных повысить влияние развивающихся стран, но нам следует пойти дальше и пересмотреть распределение акций с правом голоса и мест в Совете. Эти изменения потребуют и от Европы, и от Соединенных Штатов пересмотра прежних привилегий и прав контроля. Решение о том, как это сделать, остается за правительствами. Но я бы пожелал им проявить смелость и дальновидность. Акционеры из числа развивающихся стран также должны осознать, что рука об руку с правами идут и обязанности, в том числе по увеличению объемов помощи на цели развития. Признание новых центров влияния не должно идти за счет тех, кто такого влияния не имеет.

Реформа назрела уже давно. Именно поэтому несколько месяцев назад я предложил бывшему президенту Мексики Седильо занять пост председателя Комиссии высокого уровня по вопросам модернизации системы управления Группы организаций Всемирного банка, призванной выработать рекомендации, которые, как я надеюсь, акционерам полезно будет обсудить.

Грядущие вызовы

В течение последних шестидесяти лет мы увидели, как рынки могут вывести сотни миллионов человек из состояния бедности, расширяя при этом границы свободы. Но мы были и свидетелями того, как из-за ничем не стесненных алчности и безрассудства можно беспечно растерять самые большие достижения. В XXI веке нам нужна рыночная экономика с человеческим лицом. Страны с рыночной экономикой должны осознать свою ответственность за человека и за общество.

Когда Кейнс выступал с последним словом на Бреттон-Вудской конференции, война еще продолжалась. В общем масштабе событий известие о создании каких-то непонятных учреждений не показалось таким уж значительным, хотя они и заложили основы послевоенной архитектуры мира.

На предстоящем саммите «Группы двадцати» встретятся лидеры ведущих мировых держав. Их совместная деятельность имеет огромное значение. Лидерам стран необходимо реформировать многосторонние учреждения, которые достались им в наследство, опираться на них, отталкиваться от них и использовать их. Если «Группа двадцати» возьмет на себя роль координатора, многосторонние учреждения могут своими идеями и практическими действиями помочь им в преодолении кризиса.

Думая о возможностях выхода из нынешнего кризиса, нам стоит вспомнить сказанное Кейнсом в его заключительном выступлении: «Если мы сможем продолжить в бóльших масштабах дело, которое мы начали в этих ограниченных масштабах, у мира появится надежда».

 

Api
Api