МНЕНИЕ 21 мая 2018

Я и мой российский «двойник»: жизнь в цифрах

Свою предыдущую статью я закончил обещанием познакомить читателей с «пугающим и глубоко личным выводом», который касался бы моего российского «двойника». Многие из вас хотели знать, что я имел в виду. Что ж, довольно нагнетать страсти!     

Я – индиец, родившийся 15 января 1970 года. Если бы я по-прежнему жил в Индии, то, с учётом обычного образа жизни и доступа к медицинским услугам, жить мне оставалось бы ещё лет 28. При этом ожидаемая продолжительность предстоящей жизни моего российского сверстника, родившегося в тот же день того же года, но в России, составляет лишь 23,5 года. Иными словами, ожидается что мой российский «двойник» уйдет из жизни на 4,5 года раньше меня. Есть от чего испугаться, не правда ли?   

Лаборатория всемирных данных (World Data Lab) разработала очень интересный вебсайт; можно зайти на него, подставить собственные даты рождения и посмотреть, как выглядела бы продолжительность вашей жизни в любой другой стране.

Итак, почему в России мало живут? Прежде, чем мы дойдём до плохой новости, давайте сначала поговорим о хорошей. В последнее время ожидаемая продолжительность предстоящей жизни в России росла – с 65,3 лет в 2000-х годах до 72,7 лет сегодня. Главным образом, это стало возможным благодаря сокращению смертности, обусловленной неинфекционными заболеваниями (т.е. заболеваниями, которые не связаны с инфекциями, - такими как инсульт и инфаркт) и внешними причинами (такими как ДТП и убийства).

Более того, эти результаты, похоже, оказываются более долговечными, чем те, что были получены по итогам двух предыдущих волн. Первая имела место в середине 1980-х годов, когда генсек КПСС Горбачёв развернул антиалкогольную кампанию. Вторая волна пришлась на середину 1990-х, после распада СССР: ожидаемая продолжительность жизни резко сократилась до 63,9 лет в 1994 году, что стало самым низким её значением, и единственно возможной динамикой было только движение в сторону роста.

Однако достигнутые результаты продержались недолго. Антиалкогольная кампания, которую начали в середине 1980- годов, выдохлась, поскольку насаждалась сверху, а масштабы её были ограниченны. Положительная динамика, которая последовала за 1994 годом, резко оборвалась из-за макроэкономического кризиса 1998 года; это обстоятельство лишний раз подчёркивает важность макроэкономической стабильности и состояния экономики для повышения продолжительности жизни.

Также необходимо отметить, что с 2000-х годов снижались показатели смертности среди взрослого населения и особенно среди детей. Это действительно прекрасная новость. Даже в недавнее время, с 2011 по 2017 год, младенческая смертность упала на 36 процентов, а материнская – на 49 процентов за тот же период. Такими достижениями россияне имеют полное право гордиться!   

Ну хорошо, спросите вы, а где же плохая новость?

Николай Гоголь в своём шедевре «Мёртвые души» писал: «Эх, русский народец! не любит умирать своею смертью!» Грустно, но похоже, что средний россиянин вынужден встречать «свою» смерть раньше, чем можно было бы ожидать.  Имея продолжительность жизни, равную 72 годам, Россия едва дотягивает до среднемировых показателей, и существенно отстаёт от Бразилии и Китая (в обеих странах она составляет 76 лет), где подушевой доход намного ниже, чем в России. Во-вторых, продолжительность жизни мужчин составляет лишь 67,6 лет, в то время как женщины живут до 77,8 лет, - на 10 лет дольше! Представляется поразительным, но с 1950-х годов продолжительность жизни в России выросла только на 12 лет, тогда как в Китае и Бразилии прирост этого показателя составил 32 и 21 год, соответственно. И, в-третьих, данные по стране в целом скрывают огромные различия, которые имеются между российскими регионами.

В Москве продолжительность жизни равна 77,1 лет, а на Чукотке – только 64,4 года. Разница больше, чем в 14 лет!  Tакие неоптимальные результаты с точки зрения здоровья сказываются и на экономических показателях: согласно одной из оценок, если бы люди в России жили дольше, то страна смогла бы на две трети компенсировать убыль населения трудоспособного возраста, которая стала ощущаться в последнее время.

Итак, что же можно сделать? Глубинными причинами низкой продолжительности жизни в России по-прежнему являются упомянутые выше неинфекционные заболевания. В широком смысле, действия, призванные устранить эти причины, можно сгруппировать в две категории: связанные с сокращением спроса на вредные, вызывающие привыкание вещества, такие как алкоголь и табак, и предусматривающие увеличение предложения медицинских услуг.

Начнём со стороны спроса. Есть немало способов подавить спрос на вызывающие привыкание и вредные товары, из-за которых люди умирают раньше (от проведения информационно-разъяснительных кампаний до введения полного запрета); при этом самые долговечные результаты и наибольший эффект с точки зрения влияния на поведение потребителей по-прежнему достигаются благодаря повышению цен. Повысить цены на алкоголь и табак посредством введения акцизов («налогов на грех») несложно, и этот инструмент работает: цена растёт, потребление падает.

К чести Правительства Российской Федерации необходимо отметить, что оно постепенно повышает такие (и связанные с ними) налоги. Благодаря этим мерам потребление алкоголя на душу населения снизилось с 12 литров в 2012 году до 10 литров в 2017 году.  Люди стали меньше курить: доля курильщиков среди взрослого населения сократилась с 40 процентов в 2009 году до 31 процента в 2016 году.

Вместе с тем, налоги на табак всё ещё существенно ниже, чем в таких странах как Израиль и Словакия, где, согласно недавним оценкам Всемирной организации здравоохранения, налог составляет до 80 процентов в общей цене пачки сигарет (в России – около 50 процентов).

А теперь посмотрим на ситуацию со стороны предложения. Важно отметить приоритетный национальный проект «Здоровье» и программу модернизации системы здравоохранения в России 2006 года. В период с 2011 по 2017 год благодаря этим инициативам в регионах началось строительство более 300 новых поликлиник и 1800 фельдшерско-акушерских пунктов (ФАПов).  Кроме того, было создано более 600 специализированных центров для оказания современной неотложной помощи пациентам с инсультом и острым коронарным синдромом.

Вместе с тем, государственные расходы на здравоохранение в России остаются относительно небольшими.  В 2016 году они составляли около 3,6 процентов ВВП, что значительно ниже среднего значения по странам ЕС (7,2 процента) и ОЭСР (6,5 процентов). По сравнению со странами БРИКС расходы на здравоохранение в России превышают лишь аналогичную статью в Китае (3,1 процента ВВП) и Индии (1,4 процента ВВП). Россияне вынуждены компенсировать эти низкие государственные расходы за счёт высокой доли расходования собственных средств.

Более того, распределение этих расходов в России неэффективно. Нынешний порядок предоставления медицинских услуг отдаёт приоритет дорогостоящей стационарной и специализированной помощи. Действительно, несмотря на то, что в последнее десятилетие достигнуто некоторое сокращение коечного фонда, число больничных коек из расчёта на 1000 человек в России в 1,6 раз выше, чем в среднем по странам ЕС, а средняя продолжительность пребывания в стационаре в 1,5 раза дольше! Возможно, эти показатели частично объясняются огромными размерами территории России и низкой плотностью населения по сравнению с другими странами ЕС. Однако дело тут в следующем: дополнительные ресурсы действительно необходимы, но их выделение должно сопровождаться осуществлением реформ, которые позволят повысить отдачу от вложенных средств.

Здоровье в меньшей степени подобно богатству; скорее, оно похоже на деньги: и то, и другое необходимо, однако их наличие не гарантирует счастья. И, подобно деньгам, здоровье служит основой для равных возможностей. Я сохраняю осторожный оптимизм и надеюсь, что, решив эти проблемы на стороне спроса и предложения, Россия сможет обеспечить своим гражданам более долгую жизнь. Если не я, то, может быть, мой десятилетний сын (который, кстати, родился в один день со мной) и его «российский двойник» смогут заявить: «Наши жизненные пути имеют между собой гораздо больше общего!»

Api
Api